Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

Florence

Мой Ленин. Ко дню рождения В.И. Ульянова (Н. Ленина)

Надо сказать, пострадал я в свое время из-за Ленина. Ну, конечно, не от него самого, а от его ученья.

Вел у нас курс марксизма-онанизмаленинизма полковник Ершов. Невзлюбил он меня сразу же за то, что я вопросы ему разные задавал. Ну, например, спрашивал я его, почему Ленин окружил себя в период революции врагами, шпионами и предателями.

Рыков, Каменев, Зиновьев, Антонов-Овсеенко, Бухарин... Список бесконечен. Единственным порядочным человеком рядом с Лениным оказался Сталин. Как же так? Ленин был гением, предвидел все, даже социалистическую революцию, а врагов под носом у себя не распознал?

Ершов краснел, бледнел, нёс какую-то чушь, но ничего толкового рассказать не мог.

Как-то в курилке я рассказал парням о том, что взятием Зимнего в 1917 году, как и всего восстания, впрочем, руководил не Ленин а Троцкий.

-Пиздишь, - сказал мне ротный боксер Заикин, - Троцкий был политической проституткой и не мог руководить восстанием.

На следующий день я принес ему книжку "Владимир Ильич Ленин" Маяковского, выпуска 1925 года. И оттуда процитировал ему:

Collapse )
Florence

Иван Васильевич меняет мнение.

Из будущей книги "Take it easy. Заокеанские байки".

Думаю, мало кто будет со мной спорить о том, что в 70-х годах советские киностудии выпускали очень мало хороших комедий. На общем фоне, конечно, выделялся Леонид Гайдай, и каждую его новую работу советские люди спешили посмотреть в кинотеатрах как можно быстрее.

По-моему, последней высококлассной лентой Гайдая стал фильм “Иван Васильевич меняет профессию”, который я посмотрел еще в далеком детстве, а потом пересматривал не меньше двадцати раз.
Мое увлечение историей допетровской Руси переплелось причудливо с любовью к комедиям, и я знал наизусть, практически весь фильм, включая титры.
Вот титры и заставили меня задуматься.

В самом начале фильма было написано на экране, что фильм снят по пьесе Михаила Булгакова “Иван Васильевич”. Где бы почитать эту пьесу? Ведь, наверняка, в пьесе есть намного больше, чем удалось вместить на экран в стандартные один час тридцать минут!

Нельзя сказать, что я совсем не знал, кто такой Булкаков. К году, примерно так, 1980-му, я уже видел фильм “Бег”, по его пьесе, а потом неоднократно и телевизионный фильм “Дни Турбиных”, который в нашей семье очень любили.
Несмотря на то, что в доме у нас была очень приличная библиотека, книг Булгакова в ней не было, и с “Мастером и Маргаритой” я познакомился уже во время перестройки, что, наверное, и к лучшему, как я сейчас понимаю.
Поэтому и удивился я тогда, как это комедия и Булгаков?


Походы в различные библиотеки ничего мне не дали. Везде пожимали плечами и говорили, что такой пьесы у них нет.
Заведующая одной библиотеки даже предположила, что это Гайдай, мол, так пошутил, записав в соавторы Булгакова.
Я, правда, усомнился в ее словах - в чем же здесь смех-то?
Так может и осталась бы эта загадка неразгаданной, если бы не появилась много позже на моем на жизненном пути Юленька Графова, пятикурсница филфака, практически, выпускница, писавшая, как оказалось, на момент нашего знакомства с ней дипломную работу по творчеству Михаила Булгакова.

Ей-то я и поведал о загадочной пьесе и своих поисках.
Что же здесь загадочного, - удивилась Юленька, - есть у Булгакова такая пьеса, если хочешь, могу заказать ее для тебя в нашей библиотеке.
Хотел ли я?! Не просто хотел, а мечтал!

А тебе пьесу нужно или сценарий? - уточнила волшебная фея.
Какой еще сценарий? - заволновался я, - сценарий написал Гайдай, а пьесу Булгаков.
Да нет же, - засмеялась Юленька, - Булгаков написал пьесу “Иоанн Васильевич” для МХАТа, ее приняли, отрепетировали, но потом, по каким-то неведомым причинам, решили не ставить. И тогда Булгаков переписал пьесу в сценарий и предложил ее “Мосфильму”, или как там он тогда назывался. Там тоже сперва сценарий хвалили, готовились к съемкам, а потом все отменили. Давай так, я принесу тебе и пьесы и сценарий, а ты уже сам разбирайся.
Целую неделю я ждал, когда Юленька принесет мне долгожданного “Ивана Васильевича”. Это ведь сейчас - в интернет вышел, клик-клик, и читай. А раньше надо было поехать в библиотеку, сделать заказ по картотеке, сдать заказ, тебе говорили, когда приехать, и только тогда ты получал книги. Как правило, книги домой не выдавались, но копии для дипломников иногда давали на руки.

И вот я держу две потрепанные брошюрки - пьеса и сценарий.
Я их буквально проглотил за час. Потом перечитал. Потом отложил в сторону и задумался.
Нельзя сказать, что пьеса меня потрясла. Пьеса как пьеса. Меня потряс сценарий.
Он, практически, совпадал с фильмом “Иван Васильевич меняет профессию” Почти все шутки, остроты, смешные эпизоды были созданы не Гайдаем, а писательским гением Булгакова. С небольшими историческими изменениями. Например, патефон, упоминавшийся в сценарии, был заменён на магнитофон, коверкотовое пальто — на замшевую куртку, а в самой машине времени используются транзисторы.



Я долго еще пытал Юленьку, почему, мол, “Мосфильм” не поставил эту комедию в 30-х годах, почему МХАТ отказался от постановки, но она, увы, не знала ответы на эти вопросы. Хотя, по моей просьбе, задавала их профессорам филфака, специалистам по Булгакову.
Специалисты много и обтекаемо рассуждали, но ответа не знали.

Как пишут в титрах плохих сериалов “Прошли годы…”.
Я еще в то время женихался со своей нынешней любимой супругой, а она ужа тогда подарила мне ко дню рождения пятитомник Булгакова, купленный либо в “Березке”, либо у кого-то из “Березки”. Кто знает, какую ценность представлял пятитомник Булгакова в конце 80-х, тот меня поймет. Булгаков с “Белой гвардией”, “Мастером и Маргаритой”, письмами и комментариями.
Вот тогда все тайны и раскрылись!
В пятитомнике этом была и пьеса “Иван Васильевич”, и сценарий по нему. Но, что самое ценное, в примечаниях рассказывалось, отчего киношники не смогли снять фильм по этому сценарию.

Оказывается, комиссия “Мосфильма” сценарий приняла, но лишь с условием. Автор должен дописать эпизод, в котором царь Иоанн Грозный, попав в советскую Москву, должен был восхититься сталинской действительностью. Булгаков отказался дописывать такой сюжет. Его долго уговаривали, потом сценарий положили на полку, а о фильме забыли.
Через тридцать с лишним лет (согласно автору цикла “Тайны советского кино” Ивану Усачеву) руководители “Мосфильма” поставили точно такое же условие Леониду Гайдаю. И Гайдай согласился, создав великолепный эпизод с Юрием Яковлевым, когда царь выходит на балкон квартиры изобретателя Тимофеева и видит потрясающий вид на Москву - с ее новостройками, отреставрированными церквями, широкими проспектами.

“Лепота!” - восклицает царь Иоанн Грозный, взирая на достижения советских людей - строителей коммунизма, идущих верной дорогой, которую им указал предыдущий съезд ЦК КПСС.
Поменял, значит свое мнение царь. У Булгакова он не хотел восхищаться действительностью, а потом передумал.
Мне кажется, от этого эпизода фильм если и не выиграл, так уж точно не проиграл.
Но и время уже было другое - Булгаков написал пьесу в 1936 году.



А нам остались и из пьесы, и из кино крылатые фразы, которые повторяет уже не одно поколение людей, любящих этот кинофильм:

- Когда вы говорите, Иван Васильевич, впечатление такое, что вы бредите.
- Если бы вы были моей женой, я бы… повесился!
- Вы думаете, что я хочу вас отравить?! Дорогой Иван Васильич, у нас это не принято. И кильками в наш век отравиться гораздо легче, нежели водкой, — пейте смело!
- Я бросаю мужа — этого святого человека со всеми удобствами!
- Одумайтесь, одумайтесь, товарищ Тимофеев, прежде чем, понимаете, увидеть древнюю Москву — без санкции соответствующих органов!
- …нам, царям, за вредность надо молоко бесплатно давать!
- Я требую продолжения банкета!
- Каюсь, что не по своей воле, а по принуждению князя Милославского временно исполнял обязанности царя.
- Интеллигент несчастный, выучили вас на свою голову, облысели все.
- А что, Феденька, войны сейчас никакой нет?
- Да ты что, сукин сын, самозванец, казённые земли разбазариваешь?! Этак никаких волостей не напасёшься!
- Отведай ты из моего кубка.
- Ах, боярыня — красотою лепа! Червлёна губами, бровьми союзна… Чего ж тебе ещё надо, собака?
- Замуровали… замуровали, демоны.
- Вот что крест животворящий делает!
- Три магнитофона, три кинокамеры заграничных, три портсигара отечественных, куртка замшевая… три куртки…
- Паки, паки… иже херувимы! Ваше сиятельство, смилуйтесь. Между прочим, вы меня не так поняли… Языками не владею, ваше благородие.
- Во́йско взбунтовалось! Говорят, царь — ненастоящий!
Florence

История любви с пожелтевших газетных страниц

Некоторые мои читатели упрекают меня в том, что я слишком много постов посвящаю изучению старых, вернее, даже старинных газет.

Рубрика “Газеты сто лет назад” часто попадается на глаза тем, кто читает мои скромные записи, это правда.
Здесь ведь дело не в том, что я ностальгирую по времени, в котором не жил, а в том, что я пытаюсь найти какие-то события, которые можно увязать с днем сегодняшним. Ищу “тэги” нашего времени в газетах столетней давности. И довольно часто их нахожу. Вот с одной такой находкой я и хотел бы с вами поделиться, мои друзья.

Просматривая номера газеты “Новое время” за июнь 1915 года, я наткнулся на интересную заметку. В ней сообщается, что Государь император соизволил пожаловать Орден Святого Великомученика и Победоносца Георгия 4-й степени генерал-майору Евгению Энвальду.

Казалось бы, ничего необычного нет ни в этой заметке, ни в этой награде. Да и фамилия генерала мало кому сегодня что-то может сказать.
Но я попробую.

Генерал Эвальд был кадровым военным, воевал еще и русско-японскую войну, да и в мировую слыл храбрым и грамотным командиром. В Петрограде у него оставалась жена и любимая дочь Милица, учившаяся в Смольном институте благородных девиц, который через два года станем штабом большевиков.

Генерал холодно принял февральскую революцию и совсем не принял октябрьский переворот. В 1918 году он пробирается к Деникину, не успев забрать с собой семью.

Я упускаю долгие подробности того, как семья самостоятельно отправилась на юг, разыскивая генерала Энвальда, как в дороге Милица серьезно заболела и, наверное бы, умерла, если бы не случайная встреча с Евгением Васильевичем. Радость воссоединения была недолгой, начались бои, затем тяжелое отступление, Крым, эвакуация, и на одном из последних пароходов семья Энвальдов покидает Россию. Позже Милица будет рассказывать, что никогда не забудет этот пароход, молодых офицеров, которые в приступе тоски и бессилия стрелялись на пристани и на борту.

После недолгого пребывания в Константинополе, семья перебирается в Югославию. Живут очень бедно, Генерал Энвальд устроился сторожем в церковь, Милица давала уроки бальных танцев. В 1925 году умерла жена генерала, а через год разгребая снег, обильно выпавший в ту зиму, Евгений Васильевич Энвальд упал и умер от сердечного приступа. Милица осталась одна, но через некоторое время встретила свою судьбу - русского эмигранта Владимира Полякова, бывшего офицера, ставшего затем артистом парижской оперы.

У них родились дети, четыре девочки, младшая, Марина, впоследствии стала актрисой. В 1963 году на Канском кинофестивале была признана лучшей актрисой. Когда отец Марины умер, она в его честь взяла псевдоним по его имени.

Влади. Марина Влади.

Заметку о награждении генерала Энвальда орденом Святого Георгия, я нашел и прочитал 25 июля 2015 года, не мистика ли?
Теперь вы видите эти “тэги”, так, как вижу их я?

А ведь я всего-лишь пересказал вам то, что Марина Влади написала в своих мемуарах, не придумав, ни строчки.
Заметка в старой газете лишь помогла мне вытащить эту информацию из своей памяти.
Какой интересный фильм можно сделать на этом материале! Или сериал.

Если бы я писал сценарий такого сериала, я бы, разумеется, немножко напридумывал бы.
Ну, например, вот такую вот концовку.

1970 год. Марина приглашает маму на фестиваль газеты “Юманите” в Париже, куда приглашены советские артисты, писатели, кинематографисты.
В кинотеатре Милица и Марина смотрят новый советский фильм с французскими титрами “Служили два товарища”. И Милица вдруг видит на экране те самые кадры, которые ей до сих пор не дают спать - погрузка на пароходы в Крыму, давка, стрельба, слезы, крик…
И поручик Брусенцов, который не в силах оставить своего коня на берегу. Он стреляется, когда конь пытается вплавь догнать своего хозяина.
Милица решается попросить дочь помочь ей поехать в Советский Союз, в Ленинград, посмотреть перед смертью город своей юности.
Марина, вступившая незадолго до этого в компартию Франции, получает разрешение советских властей на такую поездку.
Милица стоит перед Исаакиевским собором. Марина обращается к ней: “Мама, я хочу тебя познакомить с одним человеком, и, кажется, он собирается сделать мне предложение выйти за него замуж”.
Навстречу им идет тот самый поручик Брусенцов из фильма с большим букетом цветов.
Он протягивает букет Милице и представляется “Владимир. Владимир Высоцкий”.
Ну, как-то так примерно.
Поэтому, друзья, читайте, читайте старые газеты!


Florence

Ангел по имени Гарри

Русская версия моей новой статьи для The Dallas Telegragh.

Ангел по имени Гарри

Казалось-бы, ну зачем опять возвращаться к уже достаточно надоевшему вопросу о роли Сталина в войне, которая закончилась 70 лет назад?
За это семь десятилетий наслушались ведь столько всего – от восторженных панегириков, до проклятий в адрес бывшего Верховного главнокомандующего, что нового может предложить автор читателю? Да и зачем?

Вопрос верный. Не было бы никакой нужды возвращаться к этой теме, если бы не многочисленные публикации, перепечатки русскоязычными газетами в США статей и материалов из российских СМИ, повествующих о великом полководце Сталине.
И все бы ничего, если бы не новые подробности, мимо которых пройти уже совсем невозможно.
Так одна из «комсомольских» газет, совершенно позабыв о своем антирелигиозном прошлом, разродилась статьей о том, как Сталин дорожил русской православной церковью, как бережно к ней относился. А все, мол, оттого, что сразу же после начала Великой отечественной войны, приснился ему, Сталину, сон, и явился во сне ему ангел, который сказал: «Открой церкви и победишь ты врагов своих». Примерно, такое содержание статьи и интервью с одним из т.н. историков я прочитал недавно.

Уж, не скажу, был ли такой сон, не был ли, но если был, то имя этого ангела мне хорошо известно. Это Гарри Гопкинс (Harry Lloyd Hopkins) – один из ближайших советников президента США Франклина Делано Рузвельта.
Война, начавшаяся 22 июня 1941 года, с первого же дня оказалась совсем не такой, какой ее рисовали в советских агитационных кинофильмах, не такой, какой ее воспевали в многочисленных бравых советских песнях: «Малой кровью, могучим ударом». И уже через неделю Сталин поручает Молотову начать переговоры с правительством США о военной и экономической помощи Советскому Союзу, а Микояну – с Великобританией.
29 июня 1941 года Молотов шлет послу СССР в США К. Уманскому телеграмму, в которой требует срочно встретиться либо с президентом Рузвельтом, либо с Госсекретарем США Хэллом, и просить оказать Советскому Союзу помощь в поставках самолетов – истребителей и бомбардировщиков, пушек и различного оборудования для военных заводов.



Collapse )
Florence

А вас, Мюллер, я попрошу остаться...

По следам исторических документов

Несколько дней назад я выложил свои рассуждения о «документе», который раскопал где-то главред «Эха Москвы» Алексей Венедиктов.
Несколько человек посчитало необходимым сообщить мне, что они более не считают себя моими френдами, так как я обеляю Сталина и коммунистов своими разоблачениями.
Ну, что поделать? Как говорится, Платон мне друг, но истина дороже.
В концовке своих размышлений, я упомянул о документе, который в интернете именуют как «Генеральное соглашение между НКВД и Гестапо», назвав его фальшивкой.

Многие читатели спрашивают: «Как, неужели ты и это отрицаешь?»
Нет, само сотрудничество я, разумеется, не отрицаю, да и глупо его отрицать. После подписания секретных протоколов пакта Молотова – Риббентропа такое сотрудничество развивалось вполне успешно, вплоть до июня 1941 года.

Только в 1940 году НКВД СССР выдало Германии более пятисот немецких коммунистов и австрийских антифашистов, спасавшихся от нацистов в СССР.
Вот отрывок из книги воспоминаний Маргарет Бубер-Нойман «Узница Сталина и Гитлера». Советский Союз, граница с Германией. Декабрь 1939 года.
«Нас было двадцать восемь мужчин и три женщины... Все лица от страха казались застывшими. Мы стояли и смотрели на железнодорожный мост, который разделял занятую немцами Польшу и ее часть, оккупированную русскими. Через мост к нам медленным шагом направлялся военный. Когда он подошел ближе, я разглядела эсэсовскую фуражку. Офицер НКВД и эсэсовец приветствовали друг друга, приложив руку к козырьку. Из узкой светло-коричневой сумки офицер НКВД вытащил список и стал называть фамилии. В этот момент от нашей группы отделились трое, бросились к энкаведисту и стали что-то взволнованно ему объяснять. Рядом со мной кто-то прошептал: "Отказываются переходить мост!" Один из трех был еврей-эмигрант из Венгрии, двое других – немцы: учитель по фамилии Кениг и молодой рабочий из Дрездена, который участвовал в вооруженной стычке с нацистами, бежал в Советскую Россию и заочно в Германии был приговорен к смертной казни. Конечно же, всех троих погнали через мост...».

Целый ряд соглашений между двумя ведомствами можно найти в двухтомном сборнике документов «1941 год. Документы» (Кн. 2).

Я говорю о другом. В 90-х годах ведомства России стали приоткрывать двери своих секретных архивов. Появилось целое множество публикаций, основанных на документах МИДа, КГБ, армии и флота.

Среди таких документов нашли и папку, которую, в каком-то из закутков, обнаружил бывший первый секретарь Союза писателей СССР, бывший депутат Верховного Совета и бывший член ЦК КПСС, а также Герой Советского Союза В. Карпов. Автор панегирика о товарище Сталине «Генералиссимус».
В папке были документы с красивыми сургучными печатями, размашистыми подписями и текстом на двух языках, подтверждающие то, что два карательных ведомства – НКВД СССР и Гестапо Германии, подписали соглашение о сотрудничестве.
Но достаточно было беглого просмотра этих листов, как становилось ясно, что документ о сотрудничестве между НКВД и Гестапо – подделка.
И я сейчас вам попробую это доказать.

Начнем, как всегда, с конца.

Вот посмотрите - последняя страница документа, где есть дата, время подписания и подписи людей с их званиями и должностями.
Документ подписан в Москве 11 ноября 1938 года в 15 ч. 40 м.
Те, кто составляли этот «документ» плохо изучали историю. Иначе, они выбрали бы любую другую дату, но не эту.
Потому, что если эта дата верна, то тогда нужна дополнительная история о телепортации господина Мюллера из Берлина в Москву и обратно. Причем, несколько раз.

11 ноября 1938 г. Г. Мюллер никак не мог оказаться в Москве. Он был в Берлине, и у него в тот день было очень много дел. В ночь с 9 на 10 ноября 1938 г. по личному указанию Гитлера был проведен всегерманский еврейский погром, вошедший в историю под названием «Хрустальная ночь». Было разрушено и сожжено 267 синагог, 815 магазинов и предприятий, 20 тыс. евреев были арестованы и брошены в концлагеря. Стихийный взрыв «народного гнева» такого масштаба надо было организовать, направлять и контролировать, 20 тыс. человек надо было этапировать в лагеря. Вся эта огромная работа легла на плечи руководителей карательных органов Германии, включая Мюллера, личное участие которого в событиях «Хрустальной ночи» подтверждается множеством свидетельств и документов.

Но может, это был не тот Мюллер, а какой-то другой? Точно другой. Ибо документ, который мы видим подписывал начальник четверного управления Главного управления национал-социалистической партии Германии, бригадеНфюрер СС Г. Мюллер.
Т.е. Г. Мюллер телепортировался не только в пространстве, но и во времени, ибо из всех энциклопедий мы знаем, что звание «бригадефюрер СС» (пишется именно так, а не «бригадеНфюрер», как в «документе») Мюллеру было присвоено 14 декабря 1940 г.
Т.е. через два года после того, как он подписал эту бумагу. На момент составления мифического «Соглашения» Мюллер в звании «штандартенфюрер СС» возглавлял 2-й отдел Главного управления полиции безопасности и СД.
Почему вообще здесь фигурирует Г. Мюллер, ведь его должность и звание в 1938 году совершенно не соответствуют статусу Л. Берия?
Думаю, ответ прост. Российский читатель хорошо знает шефа Гестапо Мюллера по фильму «Семнадцать мгновений весны». Почему бы ему не подписать этот документ в ноябре 1938 года?

Кстати, о «Семнадцати мгновениях».
И Главное управление имперской безопасности (РСХА), и входившее в его состав гестапо были государственными («имперскими» по принятой в нацистской Германии терминологии), а вовсе не партийными учреждениями. Никакого «Главного управления безопасности национал-социалистической рабочей партии Германии» в ноябре 1938 г. не было. НСДАП к тому времени стала монопольно-правящей партией, и на базе ее военизированных структур были созданы карательные органы фашистского государства. Для того чтобы об этом узнать, вовсе не обязательно сидеть месяцами в пыли библиотек. Аббревиатура РСХА (RSHA), известная каждому, кто смотрел «кино про Штирлица», как раз и образована от слова «Reichs», т. е. «имперский». Слово «гестапо» также является аббревиатурой, в которой буквы «ста» обозначают слово «статс», т. е. «государственный». Полное название этой преступной организации: Geheime Staatspolizei, т. е. «тайная государственная полиция».

Поэтому подпись «начальник четверного управления Главного управления национал-социалистической партии Германии, бригадеНфюрер СС Г. Мюллер» - совершенно бессмысленная, безграмотная фальшивка.

http://www.russian-globe.com/N28/NKVD_GESTAPO.htm

Товарищ Карпов успел этот шедевр поместить в первое издание своей книги, но после просто шквала разгромных статей об этом договоре, даже самому ярому приверженцу этой теории стало ясно, что документы поддельные.
Однако, старик Карпов не унывал. Он опять отправился в какой-то архив (так до самой своей смерти и не рассказал в какой), поскреб там по сусекам и нашел более правильный документ о сотрудничестве между НКВД и Гестапо.

Там уже и Мюллер был штандартенфюрером, и никаких партийных должностей у него уже не указывалось. Он в новой версии стал просто «представителем Главного Управления Безопасности Германии». Что несколько лучше, чем раньше, но все равно бред, так как правильное название организации - Главное управление имперской безопасности (РСХА).

Да и дату подписания оставили без изменений. Правда, в новом документе остались и старые лица, с той же самой неразберихой в званиях, например, документ вместе с Берия подписывал С.С. Мамулов, заявленный как «руководитель секретариата НКВД СССР».

Во всех справочниках НКВД СССР, указано, что Мамулов С.С. занимает похожую должность лишь с августа 1939 года, т.е. почти через год после того, как расписался в этом документе. А в 1938 году товарищ Мамулов все еще трудится на должности секретаря Тбилисского горкома КП(б) Грузии.
В 2008 году на экраны мира вышел документальный фильм «The Soviet Story”, сразу же ставший сенсацией. В нем впервые демонстрировались редкие кадры ранее неизвестной кинохроники и документы, которые годами хранились за семью печатями.
Фильм «The Soviet Story” получил множество наград на различных международных фестивалях – в Бостоне, Берлине, Праге. И вполне заслуженно. Если бы не одно «но».

В фильме обильно цитируется и иллюстрируется этот самый документ. И именно после этого на фильм набрасываются сталинисты всего мира, указывая именно на этот договор, как на фальшивку.

Забывая при этом, что нашел ее, обнародовал и преподнес публике, их кумир – товарищ Карпов.
Поэтому, друзья, если вы увидите где-то ссылку на этот шедевр фальсификации, не распространяйте его. Просто игнорируйте. Это троянский конь.
Вы его опубликуете, а вам потом предъявят обвинение в распространении фальсификаций, порочащих великую историю великой страны и т.д.





Florence

Вот, как надо

Примерно, до 85 года, во всех центральных газетах, от "Правды" до "Красной звезды", начиная с середины апреля, печатались заметки о том, как правильно, и в какой последовательности надевать ветеранам ордена и медали.
Похоже, сегодня это ритуал уже никого не волнует, и рядом со значком отличника ГТО цепляют самодельный орден Сталина...